На протяжении всей жизни мы познаём окружающий нас мир. Ищем ответы на извечные вопросы. Поисками смыслов задаётся и омский живописец Сергей Лисица. Его картины пронизаны глубокими философскими размышлениями: о религии, истории и нашем наследии.
Встретились мы с художником на его персональной выставке «Между Западом и Востоком» (0+), которая проходила в Историческом парке. Увидели его новые работы и обсудили путь живописца — от школьных лет до осмысленных больших холстов.
Художника отличает реалистичная манера письма, любовь к деталям, фактурам и главное — смыслам, которые заложены в каждую картину. Один из отличающих его сюжетов, который пронизывает всё творчество, — это религия. Для живописца она интересна в самом обширном смысле. Обращает он внимание зрителя на «простые истины», которые заложены в каждое из верований. Интересно, что и перед тем, как взяться за работу, живописец тщательно изучает тему, на которую хочет высказаться. Пытаясь осмыслить такие сложные темы, он пишет то, что прежде всего цепляет его самого.
Сияние души
Живописец путешествует, изучает разные культуры. И уже на протяжении 10 лет посвящает свои работы восточно-азиатской тематике.
«Я бывал во Вьетнаме и в Китае. Там совершенно другая культура, эстетика. А в музеях меня особенно очаровали старинные китайские комоды», — рассказывает Сергей Лисица. Именно им уделено внимание в его живописи.
Резные шкафы, ветхие дверцы и удивительной красоты замки. Обращает он внимание и на сервиз, вазы и статуэтки — создаёт их собирательный образ. Через них художник передаёт мудрость и рассказывает мифы. Одна из таких картин — «Инь-ян».
«Здесь история о драконе и птице фениксе, оберегающих жемчужину. Это символ мужского и женского начала», — делится Сергей Лисица.
Есть и совсем новая работа этого года — «Сияние», в ней художник передаёт процесс созидания. Признаётся, что когда писал эту картину, по сути, медитировал, полностью погрузившись в процесс её создания.
Простые истины
Художник часто любит философствовать на тему культур Запада и Востока. Для него эти миры связаны между собой.
«У каждого народа свой пророк. Но говорят они об одном и том же: чтобы человечество не сбивалось со своего морального пути», — рассказывает художник.
А в этом году он написал целую серию работ, посвящённую именно христианству. И в одной из них показал образ моральной потери. Речь про картину «Затмение». Живописец запечатлел фрагмент нашей истории. Демонстрации начала 20 века, когда православие было признано практически вне закона. Разрушались церкви, и Омск не стал исключением, в том числе и Серафимо-Алексеевская часовня — украшение нашего города.
«Для меня это катастрофа, случившаяся в нашей истории. Но затмение — это не просто явление, а символ трагедии. Затмение человеческого разума», — делится живописец.
Художник размышляет о том, как разрушили в одночасье то, что строилось годами. Но в облаках он запечатлел и образ духовный — невидимый для человека.
«Это видят и в том мире. Но человеку дана возможность набирать опыт — балансировать между добром и злом», — делится Сергей Лисица.
Но самое главное, считает художник, те самые простые истины. Если их придерживаться, то конфликты уходят, а баланс в мире восстанавливается.
История в вечности
Нам интересно, что побуждает автора писать картины. Художник говорит, что здесь важна история: будь то восстановленная часовня или даже букет белых роз.
«Ученица мне их подарила на одной из выставок. Это было так неожиданно и приятно», — говорит он.
Стояли цветы долго. После того как они превратились в сухоцветы, Сергей обрезал бутоны и положил в вазу.
«И меня осенило — это же алтарь. Целая картина жертвоприношения на блюде Саломеи с головой Иоанна Крестителя», — рассказывает Сергей.
Так и появилась работа, которая вышла совершенно неожиданной для самого живописца. Свой путь в искусстве он бы вообще, говорит, назвал исследованиями. Но прежде всего — поиском самого себя. В каждую работу он закладывает мысль. И старается ответить на извечные вопросы, через которые и передаёт своё Я.
Взгляд свыше
Но как же живописец Сергей Лисица стал искателем мифов и историй? Оказывается, интерес зародился ещё в детстве. Маленьким, он часто наблюдал за магией творчества: отец занимался резьбой по дереву (в будущем Сергей планировал освоить именно это ремесло), а мама была педагогом по изобразительному искусству в школе.
«С учителями ИЗО они частенько собирались у нас дома. Устраивали вечера зарисовок», — вспоминает Сергей Лисица.
Ему было любопытно: как это создаётся и пишется? А в 12 лет на школьной экскурсии в Эрмитаже он понял, что свяжет свою жизнь с искусством.
«Я встал перед картиной Рембрандта и увидел, как написаны руки. Такие мощные мазки, такая фактура», — рассказывает художник. Говорит, что это произвело на него огромное впечатление.
Просто о вдохновении
После окончания школы молодой и уверенный в себе Сергей Лисица решил поступать сразу в институт — на художественно-графический факультет. К вступительным экзаменам по рисунку и живописи юноша практически не готовился. И когда узнал о результатах, сильно возмутился — со смехом вспоминает художник. Нужных баллов набрать не вышло. Тогда он решил отучиться в колледже. И вошёл в тройку лучших, что и дало ему право поступить сразу в институт.
— Дальше началась весёлая студенческая жизнь. В это время не было каких-то творческих поисков. После учёбы я пытался зарабатывать: рисовал портреты в парке, продавал маленькие пейзажи на рынках. Для меня это был тоже рост. Но художественное образование не делает из нас художников. Оно даёт нам основы изобразительной грамотности, чувство художественного вкуса. А уже оно нарабатывается годами. Но добиться этого сложно, ведь каждый ученик за основу берёт навыки своего преподавателя. Это огромный труд — найти свой творческий полёт, — вспоминает художник.
— А кто же вдохновлял вас?
— Ещё в школе мне попался альбом омского живописца-легенды Георгия Кичигина. Его работы меня потрясли — это было нечто совершенно новое. Уже в институте он стал моим учителем. А на худграфе у нас были не просто преподаватели — знаменитые омские художники. Один из них — это Николай Горбунов. У меня он даже изображён на картине. Когда я познакомился со своей супругой Ольгой, то оказалось, что он — её отец. А когда впервые пришёл в гости — на стене увидел его картину «Путник». Она абсолютно отличалась от всего, что я видел раньше. И это тоже произвело на меня огромное впечатление. Ведь до этого я занимался резьбой по дереву — не думал писать маслом. Но тогда понял: в живописи можно создавать любые миры.
— Когда вы начали искать себя творчески?
— Это опять-таки влияние моей второй половины и её семьи. Ведь это встреча разных миров. Тогда же я увидел — Ольга в свои работы начала закладывать большие смыслы. И я тоже начал задумываться: интересно, а почему бы не попытаться где-то в работах пофилософствовать. Пейзажей мне стало мало и захотелось тоже показать своё Я.
— А как появились первые исследовательские картины?
— С первыми выставками. Нам тогда было лет по 25. Мы ещё нигде не участвовали и творчество рассматривали как хобби. Но Ольга решила свои работы показать в Союзе художников. На отборе работ я подумал: «Хорошо, что я свои пейзажики не понёс». Мы варились в собственном соку. Не замечали, какие огромные, яркие холсты приносит на выставки молодёжь. И решили — надо пробовать.
— Сохранились ли первые картины?
— Одна из таких отправных точек — картина «Хоть одним глазком» 2015 года. И это самому интересно — наблюдать за ростом. Но часть старых картин мы уже поснимали: постирали старые холсты, чтобы нарисовать на них что-то новое. Оглядываясь на прошлое, понимаю — это не было произведением искусства. Ведь мы меняемся.
Впервые материал был опубликован в газете «Ваш Ореол».
