Она говорит про то, что видит: про любовь, дружбу, жизнь и смерть. Не боится показать себя искренней и находит свет там, куда другие не забрели бы. Ольга Постоногова, актриса и режиссёр театра «Без театра», рассказала нам о причинах, из-за которых она создаёт своё искусство.
Ольга стала актрисой по воле случая. С детства она мечтала стать певицей. А переломный момент наступил в тот момент, когда ей посчастливилось пройти отбор на передачу «Утренняя звезда» (6+), куда приглашали талантливых детей. Сцена, камеры, позади хор на подпевке — всё внимание на неё.
«Я выхожу на сцену, начинаю петь и где-то на втором куплете у меня пропадает голос, я просто открываю рот — и нет никакого звука», — вспоминает Ольга Постоногова. Но девочка не растерялась и начала импровизировать — танцевать. А в будущем она станет талантливым режиссёром и актрисой. Она умеет чувствовать время, людей и атмосферу. А её преподаватели ещё не раз скажут: «Оля больше играет и проживает на сцене, чем танцует».
То, что было
В 2011 году Ольга впервые открыла двери театра Любови Ермолаевой. В то время в здании проходили строительные работы.
«Заходит директор и спрашивает: «Как ты слушать её будешь? Ничего же не слышно». Режиссёр Юрий Шушковский тогда сказал: «Вот мы сейчас и проверим, какой у неё голос: переорёт она их или нет», — смеётся Ольга Постоногова.
После проб она сразу же стала актрисой театра, проработав так 10 лет, до момента, пока не появился проект «Четвёртый четверг» (12+). Это малый формат, где можно представить свою идею на сцене, — выступали, когда она была не занята репетициями. Ольга тоже решилась. Говорит, пришло время «стряхнуть пыль с диплома по режиссуре», и представила историю Зинаиды Гиппиус, которая не отпускала её с колледжа.
«Я хотела высказаться, попробовать — понравилось. И это сразу же взяли в репертуар, хотя такой задачи не было», — рассказывает Ольга Постоногова.
То, чего нет
Так в 2021 году Омск впервые увидел режиссёрский дебют «То, чего нет» (16+). История о творчестве поэтессы, писательницы и драматурга Зинаиды Гиппиус и её тетради «Ни для кого» (16+).
«Несмотря на мужа и толпу поклонников, она была страшно одинока. Её творчество, поскольку она символист, было непонятым и вследствие запрещённым — в нём видели некий скрытый подтекст», — делится Ольга Постоногова. Она увидела в произведении совсем другие смыслы. Про творчество и невозможность женщине в те времена высказываться. А ещё ей точно не хватало любви, а главное — того, чтобы её поняли. Обо всём этом Ольга и решила сделать постановку, по сути, пропустив историю через себя.
Занавес открывается. На сцене только одинокая Гиппиус. Её окружают люди — зрители. В театре они начинают играть вместе с героиней. Ольга в роли Зинаиды болтает с ними и танцует. Они читают ей гневные письма — ведь её можно либо ненавидеть, либо только любить. Она была всегда разной — эпатажная или нежная, страстная или целомудренная…
«В театре Ермолаевой такое было в новинку и очень понравилось. Плюсом ко всему это основано на литературе. Всё было сделано в духе поэтического театра, как он изначально и зарождался. А Любовь Иосифовна Ермолаева очень любила поэзию», — делится Ольга Постоногова.
Жанр получившейся постановки Ольга обозначила так: автобиографический коллаж в иммерсивном формате.
То, что сейчас
Спустя четыре года постановка обретёт новую жизнь. «Я всё равно продолжаю думать о ней. Для меня это до сих пор неразгаданная история», — рассказывает Ольга Постоногова.
Кстати, сформировать своё мнение о Зинаиде Гиппиус омские зрители смогут сами. Спектакль запланирован на сцене Дома актёра 7 октября в 19 часов.
То, про что нужно
После выхода дебютного спектакля, получив обратную связь от зрителей, Ольга Постоногова решилась и на новые спектакли. «Я же хочу, чтобы зритель уходил с мыслью в голове, для этого нужны темы. Поэтому я всегда, прежде чем ставить, ищу тот материал, который во мне будет откликаться, который меня конкретно зацепил. Тогда мне есть о чём говорить и есть что сказать», — подчёркивает она.
— В 2023 году вы основали театр «Без театра». Почему, на ваш взгляд, это важно для современного театрального сообщества?
— Я поняла, что нужно делать что-то самостоятельно, отдельно. Значит, нужен театр. А какой театр? У меня же его не было. Но затем я придумала — пусть будет театр «Без театра». Я создавала его, чтобы можно было самостоятельно показывать спектакли. Съездить в другие города, посмотреть на реакцию иного зрителя — а она совершенно другая. И то, что у нас здесь ругают и говорят: «Что вы так жёстко сделали?», в других городах, наоборот: «Почему здесь всё так радужно?».
— Позже вы срежиссировали спектакль по произведению Эдгара По «Никогда / Nevermore» (16+). Нам показалось, что в целом у вас часто присутствуют философские размышления про жизнь и смерть — «Жизнь после смерти» (16+), а также про нужность этому миру — даже в детской постановке «Жила-была кошка» (0+, для детей от 2 лет). Почему эти темы для вас важны, или даже почему они, по вашему мнению, сейчас остро-социальны?
— Я однажды приглашала на «То, чего нет» режиссёра Максима Кальсина — бывшего руководителя «Пятого театра». Мне его рекомендовали как человека, который скажет всю правду. Потому что от зрителей был такой положительный отклик, в который я, человек с 10-летним режиссёрским перерывом, просто не могла поверить. И он сказал очень интересную вещь, с которой я согласна: «Вы работаете интуитивно». Я это делаю неосознанно, каждый следующий спектакль так или иначе перекликался с предыдущим, как будто в продолжение.
— А есть ли отклик на современную драматургию?
— Мне хотелось, чтобы спектакли были именно на неприлизанные темы. Классика она и есть классика. Но не надо забывать, что наши дети-то растут в современном обществе. Есть такие, которые, уходя, цокали каблуками, говорили: это не по нашей морали. А есть такие, которые приезжали домой, а у них одежда мокрая была, потому что они ревели.
Я всегда делаю так, как чувствую. Я не буду делать жвачные спектакли, да, я их называю так — попсовые, где люди пришли, посмеялись и ушли. «Ой, так понравилось!» — А о чём спектакль был? И зритель ответить не может.
— Произведение выбирает вас или вы произведение?
— Расскажу историю. Постановка «Жизнь после смерти» (16+) у меня появилась в тот момент, когда не стало брата. Я читала пьесы и вдруг нашла произведение (16+) Фёдора Жельне, которое во мне откликнулось. И тогда я подумала: «Нет, просто для тебя сейчас это актуально.
Потому что ты только что пережила потерю, поэтому идём дальше. Но проходит почти месяц, а я продолжаю думать про неё. Значит, дело не в актуальности именно для меня, и я начинаю репетировать. Этот спектакль идёт редко в силу тематики. Тяжело продать — это можно понять, мало кто захочет смотреть на то, как мальчик справляется с потерей мамы. Ещё и через стендап. И про то, как он шутит на эту тему.
То, куда идти дальше
А следом родился спектакль «Никогда / Nevermore». Интересно, что и здесь Ольга не просто рассказала про Эдгара По, но и сделала это в своём, уже фирменном стиле. Герои были — сам По и Смерть.
«Мы возвращаемся к вопросу о том, что я это делаю интуитивно. И мне хочется брать тот материал, за который не возьмутся, пожалуй, другие театры. Мне хотелось, чтобы спектакль был немножко в стиле Тима Бёртона (американский режиссёр, снимающий в готическом стиле — ред.). Всё к этому располагает — музыка, произведение, образы. Оставалось только что-нибудь декорационное добавить, какую-то пластику поискать. И до сих пор меня не отпускает то, что не смогла довести это до того уровня, которого бы мне хотелось. Я всё хочу к нему вернуться, но пока он финансово очень затратный, и, к сожалению, это останавливает», — говорит Ольга Постоногова.
— В прошлых интервью вы говорили, что подростковые спектакли сложно «продать», а у репертуарного театра есть свои задачи. Почему, на ваш взгляд, важно прививать молодёжи интерес к театру, и боретесь ли вы за то, чтобы такие постановки всё-таки были?
— Например, темы буллинга (издевательства) и скулшутинга (стрельба в школах) — так у меня родился спектакль «Тварь» (16+). Когда я начала развивать эту тему, то мне говорили, что такого сейчас нет. И опять же, кто ставит в наших театрах такое? А тема острая. И я искренне не понимаю, почему многие педагоги школ и вузов не поднимают такие темы с детьми. Я прекрасно понимаю, что это — было, есть и будет. И говорить об этом нужно. Давайте принимать проблемы такими, какие они есть на самом деле. Да, такие темы тяжело продать, к сожалению, мы сталкиваемся с этим. Но меня радует, что есть педагоги, которые видят, слышат и приводят своих студентов. А в конце устраивают обсуждение на эти темы. Значит, всё не зря.
Про то, что ещё хочется сказать
— А какие уже есть новые задумки?
— Я же выросла в 1990-х в Амуре. Есть идея сделать автобиографический спектакль. Как-то я ходила на спектакль «Квадрат» (16+) питерского театра «Плохой театр». Позже в Омске появилась постановка (16+) по этой же пьесе (16+). И на него уже был такой комментарий: «Зачем вы ставите про других? У нас в Омске достаточно много историй». И я подумала: да у меня этих историй! И я поняла, что можно рассказать про дружбу, про большой двор, где все слышали музыку, звучащую из одних больших колонок.
— В ранних интервью вы отмечали, что ещё не верите полностью в своё режиссёрское «Я». Что с тех пор изменилось? Сегодня вы ощущаете больше внутренней уверенности в роли режиссёра?
— Ничего не изменилось. У меня по-прежнему два синдрома по жизни — отличника и самозванца. Они идут впереди меня. И мне важно, чтобы зритель уходил со спектакля не с пустой головой. Меня так учили, я считаю это правильным. Просто хорошее настроение — это пустая голова. Я же хочу, чтобы зритель ушёл к смыслу, рассуждал, а ещё лучше — как-то это примерил на себя. Тогда я сработала правильно как режиссёр. Важны не регалии, не статьи, а чтобы всё, что я делаю, было не зря.
Фото: паблик театра «Без театра» в соцсети «ВКонтакте».
