Омск
Заразились
21354 +237
Выздоровели
14337 +112
Умерли
590 +9
Россия
Заразились
2162503 +23675
Выздоровели
1660419 +25748
Умерли
37538 +507
om1.ru
«Почему она лежит в земле?» Бабушка обвинила акушеров в халатности, повлекшей смерть новорожденной внучки Ирина Дудко считает, что сотрудники Екатеринбургского перинатального центра не обратили внимания на особенности течения беременности дочери, а также упустили момент резкого ухудшения ее самочувствия. В результате девушке якобы несвоевременно провели кесарево сечение, отчего ребенок погиб. Реанимация продлила жизнь младенца всего на несколько часов. По факту случившегося возбуждено уголовное дело, расследование которого не идет, а, по убеждению потерпевшей стороны, а тянется уже полгода.

«Почему она лежит в земле?» Бабушка обвинила акушеров в халатности, повлекшей смерть новорожденной внучки

9 июля 2020, 15:50

«Почему она лежит в земле?» Бабушка обвинила акушеров в халатности, повлекшей смерть новорожденной внучки
Фото: Om1.ru
Ирина Дудко считает, что сотрудники Екатеринбургского перинатального центра не обратили внимания на особенности течения беременности дочери, а также упустили момент резкого ухудшения ее самочувствия. В результате девушке якобы несвоевременно провели кесарево сечение, отчего ребенок погиб. Реанимация продлила жизнь младенца всего на несколько часов. По факту случившегося возбуждено уголовное дело, расследование которого не идет, а, по убеждению потерпевшей стороны, а тянется уже полгода.

34 недели

В июле Полине исполнилось бы семь месяцев. Она стала первым ребенком в семье Ксении и Сергея Волковых. Молодые супруги очень ждали ее появления на свет и любили представлять, какой же будет их девочка.

Папа собрал колыбель, а мама приготовила комплекты одежды, расставила по местам игрушки — только все это осталось нетронутым. Вместе со свидетельством о рождении родители получили и свидетельство о смерти новорожденной.


Ирина Дудко, мать Ксении:

— Я сейчас очень себя виню, так как говорила дочке, что не готова быть бабушкой. Просто мне казалось, что они с мужем рано думают о детях и не понимают, какая это ответственность. Ксюше на тот момент было всего 19 лет, а это такой возраст, когда нужно получать высшее образование и строить карьеру. Но для них было важно родить. Знаю, что перед зачатием они даже прошли полное обследование, чтобы избежать рисков патологий. Все показатели были в норме.

В марте 2019 года Ксения узнала о своей беременности. Процесс вынашивания плода протекал нелегко, организм сбоил, девушка дважды попадала в стационар больницы под особое наблюдение. Первый раз это случилось на сроке восемь недель из-за сильного токсикоза. А второй — уже в 20 недель, из-за укорочения шейки матки. Эта патология опасна тем, что может привести к выкидышу или преждевременным родам. Во избежание негативного исхода врачи собирались установить пациентке пессарий (устройство, которое вводится во влагалище и поддерживает внутренние органы малого таза, нивелируя возможность раннего раскрытия, — прим. ред.), но потом почему-то отказались от этой меры, посчитав, что Волкова «и так доходит нужное время».

На 28-й неделе у Ксении появился кожный зуд, причины которого врачи пояснили переживаниями. В качестве решения проблемы ей советовали пить валерьянку, но никакого эффекта от этого не было.

На 32-й неделе выяснилось, что зрелость плаценты в утробе будущей матери не соответствует сроку беременности. Иными словами, орган «постарел» и мог плохо работать, не насыщая организм ребенка кислородом и питательными веществами в нужном объеме. Ксении тогда пришлось понервничать, но все обошлось. Дополнительные исследования показали, что плоду не только всего хватает, но и развивается он без каких-либо отставаний от нормы.

Ирина Дудко:

 — Ксения всю беременность наблюдалась в женской консультации при городской больнице № 7. Ее акушер-гинеколог относилась ко всем жалобам и вопросам не так, как бы того хотелось. Нам постоянно приходилось искать каких-то сторонних врачей и посещать частные клиники, чтобы элементарно понимать, что происходит. Когда дочь стали мучить сильные боли в тазу, она обратилась в другое медучреждение, специалисты которого определили сильное расхождение лонного сочленения (на 8,5 мм) и предупредили, что это прямое показание к кесареву сечению.

«Вы молодые, еще родите»


9 октября 2019 года, на 34-й неделе беременности, у Ксении отошли воды. Это случилось ранним утром, когда муж уже был на работе, а она осталась дома одна. Девушка решила позвонить маме, чтобы та отвезла ее в больницу. «Так как я живу на Уктусе, а квартира дочки на Пионерке, приехать быстро у меня бы не вышло. Восемь утра, час пик. Я сказала ей срочно вызывать скорую помощь и держать меня в курсе происходящего. Вскоре она перезвонила и сообщила, что к ней уже приехала бригада, фельдшер которой заявил, что воды у нее якобы ложные. Но ведь такого не бывает, в природе есть только ложные схватки. А на вопрос, куда повезут, ей ответили, что они не такси, чтоб выбирать пункт назначения», — вспоминает Ирина Дудко.

Ксению доставили в Екатеринбургский перинатальный центр, расположенный на улице Комвузовской. В приемном покое ее осмотрели, подтвердили отхождение вод и положили в родовое отделение. В палате девушка уже настраивала себя на скорую встречу с дочкой, но все пошло не по плану. Спустя час к пациентке пришла врач, которая сообщила, что рожать та будет не сегодня, а через три дня — 12 октября. Свое решение она объяснила тем, что легкие ребенка могут не раскрыться из-за недоношенности, поэтому нужно дать им еще немного времени «дозреть». Также будущую мать успокоили, что за 72 часа в утробе без вод с ее крохой ничего не случится, и дали таблетку для остановки родовой деятельности.

После этого к Ксении Волковой приехала мать, привезла необходимые вещи, подбодрила ее и уехала.
В 12:00 девушку перевели в дородовое отделение. А в 15:00 — сделали КТГ, согласно результатам которого сердцебиение ребенка было в норме.

Ирина Дудко:

 — У нее на тот момент были схватки каждые 5–7 минут, и они не прекращались, а только росли. О своих ощущениях дочка говорила персоналу, но ей отвечали, что она «все равно сегодня не родит». К 17:00 схватки уже шли с периодичностью 3–5 минут. Ксения мучилась и жаловалась мне по телефону, что к ней долго никто не подходит. Тогда я позвонила в больницу и подняла всех на уши.

Около 18:00, после звонка матери, к Ксении пришел врач. Он осмотрел ее (матка была не раскрыта), померил пульс и давление. Потом констатировал, что у девушки тахикардия, и направил ее в родовое отделение. При этом Волковой пришлось сидеть и ждать в коридоре, пока для нее освободится какая-то палата.

В 19:00 пациентке повторно сделали КТГ и УЗИ, к тому моменту все показатели жизнедеятельности ребенка были еще в норме. Чего не скажешь о будущей матери, ее состояние стало постепенно ухудшаться. В 20:00 Ксения почувствовала, что ей уже совсем плохо, и обратилась к медсестрам на стойку регистрации. Там ей посоветовали лежать и ждать врача. Сколько ждать — не уточнили.

Следующие два часа девушка провела в полубессознательном состоянии.

В 22:00 ей опять сделали КТГ и УЗИ. Первое исследование вообще не обнаружило сердцебиение ребенка, а второе показало всего 50 ударов в минуту.

Часть переписки матери и дочери


После этого пациентку положили на каталку и увезли в операционную. По дороге у нее начались судороги.

Очнулась Ксения уже 10 октября, в 1:30 ночи. Рядом был врач, у которого она пыталась выяснить, что с ее ребенком, но тот молчал. А потом к ней в палату пришел супруг и сообщил, что их дочка Полина находится в очень тяжелом состоянии и шансы выжить у нее 50/50.

Около 3:00 девушке принесли подписать согласие на переливание ребенку компонентов крови и как бы невзначай предупредили, что если девочка останется жива, то будет либо инвалидом, либо все равно быстро умрет. Больше никаких подробностей не раскрывали и даже взглянуть на новорожденную родителям не разрешали.

Увидеть дочку супруги Волковы смогли лишь к обеду. Ребенок лежал в специальном боксе, подсоединенный к множеству аппаратов, поддерживающих жизнедеятельность организма. Казалось, что Полина просто спит и вот-вот проснется, но этого не случилось. Малышка не вышла из комы и умерла спустя час после первой встречи с родителями. Одна из сотрудниц перинатального центра решила подбодрить Ксению и Сергея словами: «Не надо грустить, вы молодые, родите еще!»

В тот день Ксения не пошла прощаться с дочкой, это было слишком тяжело для нее. А немного придя в себя, девушка решила отказаться от дальнейшего нахождения в медучреждении и выписалась домой.

Время не лечит

В день смерти внучки Ирина находилась в командировке в ХМАО и, узнав о трагедии, не смогла экстренно выехать в Екатеринбург.

Ирина Дудко:

 — Я не представляю, каково было моей дочке, когда она три часа ехала на кладбище, держа в руках гроб со своим ребенком. С первенцем. Еще тяжелее становится, когда понимаешь, что все могло быть иначе. Мы уверены, что акушеры попросту упустили момент, когда нужно было доставать девочку из утробы.

При этом в медицинском свидетельстве о перинатальной смерти новорожденной действительно на первом месте из трех причин случившегося стоит именно «тяжелая асфиксия при рождении». На втором — «другие случаи недоношенности», а на третьем — «поражения плода, обусловленные неуточненными и другими морфологическими и функциональными аномалиями плаценты».

А в заключении патологоанатома уже значится, что смерть наступила в результате внутриутробной генерализированной вирусно-бактериальной инфекции. 

На данный момент по факту случившегося возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 109 УК РФ «Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей». Расследование продолжается уже полгода, но его ходом потерпевшие недовольны.


Алексей Харлов, адвокат Ксении Волковой и Ирины Дудко:

— К следствию есть много вопросов, а еще больше — к результатам судебно-медицинской экспертизы. Мы просили экспертов ответить, насколько своевременно и в полном объеме Ксении была оказана помощь исходя из показаний и данных, предоставленных потерпевшими (смс, записей звонков, показаний). Но нам отказали, ссылаясь на то, что они могут отвечать только по медицинским документам. Это странно, потому что экспертиза делалась в другом регионе и все вопросы перед отправкой были согласованы. Это заключение поставило следствие в тупик и еще больше все запутало. Я считаю, что дело специально затягивают и откладывают в долгий ящик.

Помимо всего прочего, семья пыталась обращаться в минздрав области, но, по их словам, с ноября прошлого года никакой обратной связи из ведомства они так и не получили.

Чем закончится эта история, пока неясно. Но Ирина, ее дочь и зять собираются идти до конца, несмотря ни на что.

Источник: 66.ru

Подписывайтесь на нас в Яндекс.Новости.
Нашли опечатку? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter
1 комментарий
Ольга Викторовна 8 июля 2020 | 18:47
Сколько детей просто угробили своими бездействиями и спанья по ночам..По кабинетам много сидит,а толку то..бумажки перекладывают,пишут,что им надо,а роженицы без внимания.Редко кому повезет и с врачами,и с медсестрами..Сколько лет прошло,но негатив от род.дома №4 -Омск остался..
Показать все комментарии (еще -1)