Омск
Заразились
3950 +87
Выздоровели
2275 +79
Умерли
34 +0
Россия
Заразились
674515 +6632
Выздоровели
446879 +8986
Умерли
10027 +168
om1.ru
Анна Лисичкина: «Я вижу, как выгорают врачи, когда пациент умирает, а сделать уже ничего нельзя» Главный врач Городской клинической больницы №11, которая первой начала принимать пациентов с коронавирусной инфекцией, рассказала Om1.ru о страхе перед инфекцией, умирающих пациентах и истинных причинах профессионального выгорания медиков.

Анна Лисичкина: «Я вижу, как выгорают врачи, когда пациент умирает, а сделать уже ничего нельзя»

Анна Лисичкина: «Я вижу, как выгорают врачи, когда пациент умирает, а сделать уже ничего нельзя»
Фото: Om1.ru
Главный врач Городской клинической больницы №11, которая первой начала принимать пациентов с коронавирусной инфекцией, рассказала Om1.ru о страхе перед инфекцией, умирающих пациентах и истинных причинах профессионального выгорания медиков.

— Анна Владимировна, когда появилась информация, что омским медикам придётся работать с новой, ещё неизученной, но при этом крайне опасной инфекцией, испытали ли вы страх или неуверенность? Какими были первые мысли?

 — Страх появился сразу, как только началось обсуждение этого вопроса и стало известно, какие медучреждения будут принимать пациентов с коронавирусной инфекцией. Но страх этот был, прежде всего, за сотрудников: справятся ли они, достаточно ли у нас медикаментов и необходимых компетенций. Мы при этом уже видели страшную статистику: вирус бушевал в Китае, в Европе. А когда он появился у нас, мы сразу спросили сотрудников: готовы ли они остаться работать и ограничить общение со своими родными. Те, кто согласился, остались в итоге работать в госпитале. Таких оказалось большинство.

Изначально мы начали принимать пациентов не с коронавирусом, а с пневмонией. Нагрузка сразу оказалась внушительной. Но именно благодаря этому мы поняли, что справимся. Страх в итоге прошел, мы выдохнули. Но лишь до момента, когда появился первый пациент с коронавирусом: мы всех обследовали, приходили отрицательные результаты, а тут — положительный. Тот пациент был сразу переведён в инфекционный стационар, а у нас начались две недели карантина.

 — Как вы учились работать с «коронавирусными» пациентами?

 — Обучение шло дистанционно ещё с марта. Очень долго пришлось отрабатывать технику работы со средствами индивидуальной защиты. И здесь главным оказалось не надеть их правильно, а правильно снять. Все сотрудники сдавали зачёт. Много нового мы узнали и про аппараты ИВЛ, и методах работы с ними. В частности, даже для меня оказалась новой техника переворачивания пациентов, которые находятся на аппарате ИВЛ. Хотя именно эта практика, как оказалось, приводит к заметным улучшениям, она помогает пациентам увеличить количество кислорода в крови и помочь легким быстрее восстановиться.

 — Если всё-таки медработник заражается коронавирусом, по чьей вине это обычно происходит? Чья недоработка?

 — В нашей больнице, к счастью, не было выявленных случаев заражения медиков. Но, если у меня возникнет такой случай, мы проведём эпидемиологическое расследование и разберемся в причинах, чтобы в дальнейшем избежать ошибок. Что касается других медучреждений… это сложный вопрос. Знаю, что в первое время было много случаев заражения медиков от родственников и знакомых, прибывших из Москвы. Были случаи заражения из-за неправильной работы с СИЗами. Знаю медсёстр, у которых заболели родители, а они живут вместе… Ситуации бывают разные.

 — Анна Владимировна, у вас были случаи, когда сотрудники сначала соглашались, а потом, понимая, насколько это действительно сложная и опасная работа, отказывались от нее или уходили в отпуск?

 — Нет, такого не было. Более того, были случаи, когда я пыталась сотрудников старшего возраста перевести подальше от опасной зоны, в места, где меньше больных, но они не согласились.

 — Ваша больница, насколько мне известно, принимает наиболее тяжелых пациентов. Расскажите про них. И про случаи, когда людей не удается спасти.

 — Тяжёлых больных у нас действительно много, сейчас их – около 60. Максимальное количество пациентов, которые могут находиться на аппаратах ИВЛ, — 10-12 человек. Госпиталь рассчитан на 180 мест, и реанимацию увеличили до 27 мест, можем ещё увеличить — возможности материально-технические у нас есть. Но вопрос здесь, конечно, не только в этом. Работать с тяжёлыми пациентами — настоящее испытание. И я часто вижу, как выгорают врачи, когда пациент умирает, несмотря на все наши усилия. Как правило, это уже люди в возрасте, средний возраст умерших — далеко за 70 лет. Здесь помогает только взаимная поддержка и взаимовыручка, без этого никуда.

 — Анна Владимировна, мы знаем, что коронавирус — это смертельно опасный случай для возрастных людей. Но недавно глава омского Минздрава Ирина Солдатова заявила, что в числе заболевших — очень много людей трудоспособного возраста.

 — Про возрастных людей сейчас всем всё понятно, но у нас и выписываются довольно часто люди такого возраста. Но недавно был просто уникальный и несколько шокирующий случай. Поступил к нам один пациент. Мучина, 54 года, без хронических заболеваний и вредных привычек. Поступил без сильных проявлений, тест на коронавирус показал отрицательный результат. Но КТ установила поражение лёгких. Мы сразу назначили необходимое лечение и сначала всё шло довольно хорошо. Но неожиданно, буквально в одно мгновение ему стало плохо: мужчина начал задыхаться и потерял сознание прямо во время обхода. Всё происходило стремительно. Его сразу подключили к аппарату ИВЛ, начали усиленно искать вирус, но мазки всё время приходили отрицательные. И только на десятый день пришло подтверждение, что это коронавирус. Сейчас нам удалось снять его с аппарата ИВЛ, думаю, скоро будет выписываться. Но то, что мы пережили, — страшно представить! У нас нет лёгких пациентов или тяжёлых. Они все непредсказуемые. В первые десять дней мы опасаемся всего. Особенно опасны пятый и шестой день. Контингент тоже очень разный: у нас лежат люди разных профессий, разного социального статуса и возраста. Есть те, которым немного за тридцать лет.

 
У нас нет лёгких пациентов или тяжёлых. Они все непредсказуемые. В первые десять дней мы опасаемся всего. Особенно опасны пятый и шестой день.

 — Очень много сегодня возникает вопросов по поводу тестов на коронавирус…

 — Да, у нас тоже много таких вопросов от пациентов, мы им рассказываем о вирусологии. Бывает, мы ставим диагноз не только по мазку, а по результатам компьютерной томографии: там видны характерные изменения, которые присущи только вирусной пневмонии, поэтому мы смело назначаем лечение сразу с первого дня.

 — Действительно ли коронавирус отличается от всех других вирусов?

 — Это не первый вирус. Мы проходили различные эпидемии. Но контагиозность, т.е. заражаемость именно этим вирусом значительно выше. Потому что люди заражаются подъездами. Раньше двусторонних пневмоний было не так много. А сейчас поступают пациенты: у кого-то 30-40%, у кого-то 60-70% лёгких поражено. И таких людей вылечить полностью за две недели невозможно. Компьютерная томография показывает, что у них остаются изменения. И мы ещё не знаем, как они дальше будут себя чувствовать.

 — Бытует мнение, что коронавирус в Омске был гораздо раньше, чем о нём заговорили. Вы можете это подтвердить или опровергнуть?

 — Мы пневмониями занимаемся много времени, и у нас вспышек не было. Декабрь, январь и февраль мы работали в обычном режиме. Таких характерных изменений, как мы сейчас видим, мы раньше не видели. Но ведь и диагностики раньше такой не было. А чтобы сделать КТ, нужно было направление.

 — По вашим прогнозам, как скоро это всё может закончиться?

 — Я не могу делать прогнозы, но стационары сейчас заполняются очень быстро. Наверное, дело в самоизоляции — не все её соблюдают. Дети обычно довольно легко переносят эту инфекцию, но могут стать источником заражения других. У нас есть бабушки, которых заразили их внуки.

Во дворе ГКБ №11

 — Возлагаете ли вы надежды на вакцину или коллективный иммунитет?

 — Много времени нужно, чтобы вакцина прошла все испытания и было дано разрешение применять её на людях. Что касается коллективного иммунитета, есть уже повторные случаи заражения. Хотелось бы, конечно, чтобы всё это быстрее закончилось, но мы не пессимисты, мы реалисты.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс Дзене.
Нашли опечатку? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter
3 комментария
Гость 2 июня 2020 | 11:21
Не надо выгорать. Везде есть граница возможности и не надо ее преступать.
Гость 2 июня 2020 | 12:30
Не надо себя вырабатывать,Вы еще нужны,стариков много..кто же если не Вы????!!!!!!!!!!!!!!!Силы,терпения,здоровья!Берегите себя!Интересно,а с кабинетов кто нибудь пошел работать с коронобольными?
Показать все комментарии (еще 1)