Омск
Заразились
10679 +82
Выздоровели
8976 +60
Умерли
287 +3
Россия
Заразились
1143571 +7523
Выздоровели
940150 +6004
Умерли
20225 +169
om1.ru
«Дорогая плата за слова». Создатели крупнейшего в России паблика АУЕ попросили суд о смягчении приговора В Екатеринбургском гарнизонном военном суде в процессе над обвиняемыми в организации сообщества АУЕ (признано экстремистским и запрещено на территории России) адвокаты подсудимых заявили в прениях о чрезмерной суровости наказания, запрошенного гособвинением. Обвиняемые, выступив с последним словом, попросили суд о снисхождении.

«Дорогая плата за слова». Создатели крупнейшего в России паблика АУЕ попросили суд о смягчении приговора

2 сентября 2020, 20:00

«Дорогая плата за слова». Создатели крупнейшего в России паблика АУЕ попросили суд о смягчении приговора
Фото: Дмитрий Антоненков, 66.ru
В Екатеринбургском гарнизонном военном суде в процессе над обвиняемыми в организации сообщества АУЕ (признано экстремистским и запрещено на территории России) адвокаты подсудимых заявили в прениях о чрезмерной суровости наказания, запрошенного гособвинением. Обвиняемые, выступив с последним словом, попросили суд о снисхождении.

На финишную прямую вышел судебный процесс над создателями одного из крупнейших в России интернет-сообществ о криминальной субкультуре, более известной как АУЕ. 17-летний Николай Бабарика, в 2011 году проживая в Оренбурге, создал паблик в соцсети «ВКонтакте», где начал собирать околотюремный и криминальный контент. К моменту блокировки в 2018 году, на паблик было подписано 320 тысяч человек.

В тот момент сотрудники ФСБ обвинили переехавшего в Екатеринбург Бабарику в создании экстремистского сообщества и возбуждении ненависти к сотрудникам Федеральной службы безопасности и полиции. Подельниками Николая стала его супруга Наталья, которая также администрировала паблик, и их приятель Артем Зуев, работавший в типографии и печатавший на продажу продукцию с символикой АУЕ.

В мае 2018 года Николая Бабарику и Зуева задержали, и с тех пор они содержатся под стражей. Наталья в момент задержания была беременна. Поэтому она находится на свободе.
Так как на момент возбуждения уголовного дела Николай Бабарика являлся военнослужащим, то дело рассматривает гарнизонный суд Екатеринбурга. В прениях гособвинитель запросил приговорить Николая к восьми годам лишения свободы в колонии общего режима, а его супругу и Зуева — к четырем годам общего режима.

В ходе сегодняшнего заседания в прениях выступила защита обвиняемых.

«Я считаю, что у Натальи Вячеславовны не было ни одной причины желать смерти сотрудникам полиции и ФСБ. И не было такого мотива и цели не только совершать какие-либо преступления, но и участвовать в их подготовке, — заявил в защиту Натальи Бабарики ее адвокат Алексей Бушмаков. — Такая чрезмерная суровость наказания никак не связана с личностью подзащитной. Это очень дорогая плата за слова, которые не возымели материального действия и никоим образом не отразились на общественных отношениях. Никакого материального вреда в результате действий подсудимых не наступило. Я прошу вас, Ваша честь, вынести по этому делу справедливый приговор и оправдать подзащитную по всем пунктам предъявленного обвинения. Для этого нужно всего лишь непредвзято оценить все представленные суду доказательства».

Наталья Бабарика

В своем выступлении адвокат Николая Бабарики Алексей Довбыш сослался на практику Европейского суда о вмешательстве в осуществление права на свободу выражения: «Использование вульгарных слов само по себе не является решающим при оценке обидных выражений, поскольку они могут служить лишь стилистическим целям. При этом не каждое высказывание, которое конкретными лицами или группами лиц может быть воспринято как обидное, оправдывает назначение наказания в виде лишения свободы. Европейский суд рекомендует тщательно изучать контекст, при котором были использованы обидные, оскорбительные, либо агрессивные слова. При этом суд отмечает, что фактически фраза «сжигание неверных ментов» является особо агрессивной и враждебной по тону. Однако Европейский суд, в отличие от судов Российской Федерации, не убежден, что эта фраза истолковывается как призыв к физическому уничтожению сотрудников полиции народом. Эта фраза используется как провокационная метафора, которая выражала отчаянное желание заявителей видеть полицию очищенной от коррупции».

Николай Бабарика

Довбыш попросил суд, учитывая раскаяние Бабарики и его явку с повинной, приговорить подзащитного к сроку наказания «ниже низшего» с отбыванием в колонии-поселении.

Адвокат Анна Сабирова, защищающая Зуева, попросила суд приговорить своего подзащитного к сроку наказания, соразмерному тому, который он уже отбыл в СИЗО.

Артем Зуев

Выступая с репликой, гособвинитель Георгий Паникаров возразил, что обвиняемых судят не просто за слова.

«Если проанализировать содержание материалов, которые мы здесь изучали, — «Смерть легавым от ножа», «Смерть мусорам», «Смерть ментам», — следует однозначный вывод, понятный и школьнику, — заявил Паникаров. — Материалы однозначно содержат призывы к применению насилия в отношении представителей власти, сотрудников правоохранительных органов. Приходится вспоминать одну английскую поговорку: «Если нечто передвигается как утка, ходит как утка, крякает как утка, то это однозначно утка!». Поэтому когда подобного рода материалы публикуются в множественном количестве, это позволяет сделать вывод, что присутствует умысел».

Адвокат Бушмаков возразил, что в данный момент нет четких определений, по которым можно было бы судить о принадлежности к АУЕ. Кроме того, он попенял Верховному суду на то, что, признав 17 августа АУЕ экстремистской организацией, ведомство до сих пор не опубликовало свое решение, чтобы юристы получили возможность структурировать принадлежность к запрещенному сообществу.

«Для меня на всем протяжении процесса единственным криминальным, экстремистским является пожелание смерти сотрудникам полиции: «Смерть ментам, смерть мусорам». Все! — рассуждал Бушмаков. — Мне непонятно, если на четках не написано это, но зато есть воровская звезда — они криминальные? Как простой гражданин, не будучи специалистом, психологом, лингвистом, филологом, может это определить? Отделить экстремистское от общедоступного и некриминального? Это большая задача. У меня два высших образования, и я не знаю, что именно будет криминальным. Возможно, государство и прокуратура под этим соусом хотят запретить эту идеологию АУЕ. Но я не знаю, что там криминального, кроме каких-то идей о совершении насилия в отношении сотрудников правоохранительных органов. Больше ничего там нет. В связи с этим и я говорю, что умысла на совершение преступления подзащитная Бабарика не имела».

После того как подсудимые выступили с последним словом, попросив суд о приговоре не по всей строгости, заседание было завершено до 9 сентября. Тогда суд планирует огласить приговор.

Источник: 66.ru

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс Дзене.
Нашли опечатку? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter
0 комментариев
Показать все комментарии (еще -2)